Исадские молокане-беспоповцы XVIII века. Афанасий Никитин.

Доброго здоровья!

Благодаря нашему соавтору по сайту Елене из Германии, приоткрылась ещё одна страница истории. Исады стали в конце XIX века своего рода «столицей духовного вольнодумия». Это случилось не вдруг. То, что мы знали раньше о существовавших течениях старообрядцев, относилось к концу 1860-х годов. Об этом в своей статье писал настоятель исадской церкви и миссионер иерей Александр Америков. Некоторые упомянутые им письменные источники лишь в смутных чертах рисуют нам картины гонений староверов при его предшественниках в 1820-е годы, во времена императора Николая I. Александр Америков, хорошо изучивший местные старообрядческие толки, перечислил лишь поповские разновидности. Однако, устные народные предания сообщают о неких представителях беспоповства в Исадах. К каким согласиям они относились, нам до сих пор неизвестно. Находка от Елены даёт представление о более раннем времени, 1780-х годах. Из Исад вышел один из проповедников молокан-беспоповцев Афанасий Никитин. Это были годы самого начала молоканства, его отделения от духоборства. Никитин собирал духовных сподвижников вместе с первыми молоканскими миссионерами Семёном Уклеиным и его преемником Семёном Швецовым. Молоканство возникло и распространилось по России из соседних с рязанскими уездов Тамбовской губернии, осью его зарождения стали сёла, расположенные по реке Цне. У его истоков находился крепостной из Исад и его родственники.

Мы совсем мало знаем о жизни крестьян во времена самого расцвета крепостного права при Екатерине II. Полученные ещё со школьной скамьи стереотипы рисуют людей, полностью подвластных помещику, лишённых свободы передвижения и любых прав. Если всё так, то каким образом исадские крепостные Павла Матвеевича Ржевского могли передвигаться между губерниями, вести миссионерскую работу? Откуда столько уверенности в себе, твёрдости духа, воли и жажды познания истины?

Об исадских молоканах рассказывает скандальный автор конца XIX века Фёдор Васильевич Ливанов в первом томе своего труда «Раскольники и острожники» 1), ссылаясь в основном на труд архиепископа Иакова (Вечеркова), бывшего епископа Саратовского, православного миссионера, боровшегося за возвращение старообрядцев и сектантов в лоно единой церкви. Ливанову также были открыты многие секретные документы имперского Министерства внутренних дел, в штате которого он работал некоторое время.

Архиепископ Иаков (Вечерков).

«В восьмидесятых годах, в качестве проповедника, распространителя и наставника молоканского, действовал, вместе с Швецовым, и некто Афанасий Никитин, удельный крестьянин Спасского уезда села «Исад» 2). Он был грамотный человек, умел писать, часто читал Библию и желая, по его собственному выражению 3), познать более закон Божий и отыскать настоящую истину, поступил в молоканство. Проповедь его имела всюду успех, так что он в один раз обратил однажды 53 души мужского и женского пола 4). Сущность проповеди его была следующая: в церковь не ходить, а отправлять моление в избах; церкви и образов не почитать, церковных треб у духовенства не исправлять, а за совершением треб, как наприм. наречения имен младенцам, венчания, погребения и т. п. обращаться к наставникам из народа 5). У Никитина была жена, Екатерина Лукьянова, которую 6) муж обратил в молоканскую секту. Дети же ея, Ирина, Авдотья и Лукьян научены молоканству тоже своим отцом. Афанасий Никитин склонил к молоканству и брата своего Ивана Никитина 7); просившего впрочем в 1824 г. присоединить его по чину снова к православию; склонил он также значительное число удельных крестьян исадских и вообще насадил молоканство по спасскому уезду. В 1824 году, по определению комитета министров, он был предан суду и во время суда умер в 1825 г. в глубокой старости 8)

Любопытным замечанием является то, что у Ливанова (епископа Иакова) Афанасий Никитин и исадские крестьяне названы удельными, а не помещичьими (крепостными). Ошибку в наименовании сословного состояния указанных крестьян заподозрить сложно. Удельные крестьяне относились к собственности императорской семьи, проживали на её землях и создавали доходы, на которые семья проживала. Они не были собственностью отдельных частных лиц — помещиков, управлялись особым удельным ведомством (департаментом уделов), назначавшим различных приказчиков на местах, имели больше личных прав и свобод относительно помещичьих. Например, они могли покупать и продавать недвижимость в городах, правда с некоторыми ограничениями, заниматься торговлей, промыслами. Но уходить с установленного и согласованного начальством (удельным ведомством) места жительства не могли. (Это может объяснять подвижность Афанасия Никитина.) Они состояли на оброке, а не на барщине, т.е. обязаны были платить подати в денежном виде, а не отрабатывать их на земле, поэтому имели значительную экономическую свободу.

Другим обстоятельством является то, что удельные крестьяне появились только в 1797 году, когда были переименованы особым документом. До этого они назывались дворцовыми крестьянами. Получается, что исадские крестьяне были удельными только ко времени судебных разбирательств с Афанасием Никитиным и его родственниками, в 1824-1825 годах. В каком положении они находились во время начала проповеднической деятельности Афанасия в 1780-е годы, при хозяине имения Павле Матвеевиче Ржевском, неизвестно. Были ли они дворцовыми? Таких сведений нет. Но есть свидетельства, что поместье (или часть его, с частью крестьян) было каким-то образом у Ржевских (Григория Павловича) отчуждено. Вероятно, было заложено в банк, и долг не был выкуплен. В 1815 году исадское поместье уже было окончательно продано Григорием Павловичем Ржевским Артамону Осиповичу и его сыну Ивану Артамоновичу Кожиным. При новых хозяевах крестьяне стали снова помещичьими.

Каким образом и когда крестьяне имения могли считаться удельными? Вероятно, только в переходное время, когда имение могло быть переведено под государственное управление. Григорий Павлович вышел с военной службы в отставку в 1796 году (отец Павел Матвеевич умер в 1793г.), а значит, смог заняться хозяйственными делами в Исадах и созданием своего знаменитого крепостного театра не ранее этого времени. Когда исадские крестьяне снова стали помещичьими при Иване Артамоновиче Кожине, пока неизвестно. Возможно, к 1824 году, когда судили Афанасия Никитина, они всё ещё считались удельными.

Вернёмся к молоканам. Суть их учения состоит в отрицании необходимости церкви, её символов, священнической иерархии, в ином представлении божественной природы Христа. Они по-своему, более приземлённо, объясняют Божественное Писание, признавая поклонение Богу только «в духе и истине» (Иоан. 4:23). Один из основных догматов был описан Семёном Уклеиным в его «Обряднике».

«Сын Божий и Дух святой не равны Отцу в божественном достоинстве, что при воплощении Христос имел не человеческую плоть, но принял с неба такую, какую имел архангел Рафаил, сопутствовавший молодому Товию, что с этою плотью вселился в утробу Богородицы и не имея человеческого тела и не умер подобно людям, что одни только молокане могут получить вечное спасение, а все прочие осуждены будут на вечное мучение и что воскресение будет духовное, а не плотское.»

Большинство своих заповедей они высказали в виде противопоставления общепринятому учению христианства, утверждая то, что они не делают:

  • не признают видимых икон и креста;
  • не признают почитание святых;
  • не совершают крестного знамения;
  • не носят нательного креста;
  • не употребляют свинины, спиртного и табака.

Имеющиеся в нашем распоряжении скудные архивные данные о жителях исадской округи за 1811 – 1819 годы пока не позволяют подтвердить проживание представителей семейства Афанасия Никитина в приходе исадской церкви, проследить их возможных потомков. Возможно, полный текст рукописи архиепископа Иакова раскроет новые подробности жизни исадского вольнодумца Афанасия Никитина. Надеемся на продолжение исследования этого вопроса в будущем.

Источники

1) Ливанов Ф.В. Раскольники и острожники. Т.1. С.-П., 1870. С.325-326.
2) Село «Исады» стоит при р. Оке, к северо-востоку от города Спасска, среди сел: Старая Рязань, Муратово и др.
3) Рукопись преосв. Иакова (бывш. Епископа Саратовского) хранящаяся в Нижегородской Семинарской библиотеке Д. Сем. за N3775. Православный Собеседник 1858 г. кн. III.
4) Там же.
5) Показан. Никитина на допросе.
6) Показан. Лукьяновой.
7) Рукоп. Иакова за № 3775.
8) Там же.

Летописец.

Поделиться:
  •  
  •  
  •  
  • 1
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
    1
    Поделиться