Василий Орлов

Люди. Вожди и воины.

Василий Григорьевич Орлов – защитник самодержавия, православия и народности

      В 1870 (по другим сведениям, в 1866) году в семье псаломщика (по другим сведениям, диакона) Воскресенской церкви села Исады Григория Иосифовича Орлова родился сын Василий, которому было суждено в зрелом возрасте стать личным почетным гражданином, русским железнодорожным служащим и политическим деятелем, активным участником монархического движения. Григорий Иосифович в 1873 — 1876 гг. значился в списках церковного причта как «второбрачный». Возможно, Василий родился именно в этом втором браке, но не исключено, что он мог остаться без матери в детском возрасте. Отец служил псаломщиком, по крайней мере, до 1894 г.

Отказавшись от обычного для детей церковного причта духовного образования, В.Г.Орлов целиком отдался модному в 1880-е и перспективному железнодорожному делу. Окончил Институт инженеров путей сообщения Императора Александра I (сегодня это Петербургский государственный университет путей сообщения) и с 1891 года служил около 27 лет на Александровской (до 1912 г. — Московско-Брестской, ныне — Белорусской) железной дороге ревизором движения, был награжден орденом св. Владимира по статуту и получал жалованье в 3000 рублей, дослужился до звания «генерала тяги». Увлекался археологией, даже защитил диссертацию. Однако не многолетняя ревностная служба в должности ревизора движения, а кипучая общественно-политическая деятельность принесла ему всероссийскую известность.

Принимая активное участие в Зубатовском движении, был также организатором и начальником 80-го отдела Добровольной народной охраны.

Поворотным в жизни Василия Орлова стал 1905 год. С началом первой революции был среди инициаторов учреждения многих монархических организаций в Москве. Разрозненные сторонники престола под лозунгом «Самодержавие, православие, народность» стали собираться на его защиту и объединяться в правомонархические (черносотенные) союзы. Активным членом нескольких из них стал В.Г.Орлов — действительным членом Русского собрания, старшиной Союза Русских Людей (СРЛ), председателем Московского Союза русского народа и его отдела в Марьиной Роще.

1 дек. 1905 входил в состав депутации СРЛ, представлявшейся Государю. Был в числе активных деятелей созданной В. А. Грингмутом Русской Монархической Партии (РМП), на собрании РМП 16 февр. 1906 выступал с докладом «Возможна ли новая забастовка». Как депутат от РМП, был участником 3-го Всероссийского съезда Русских Людей в Киеве 1—7 окт. 1906 (Всероссийский съезд Людей Земли Русской), где выступал решительным сторонником объединения монархических организаций «с централизацией их» вокруг Союза Русского Народа (СРН). Орлов принимал участие и в деятельности интеллектуального центра московских монархистов — Русского Монархического Собрания. В годы революции Орлов показал себя блестящим оратором и неутомимым работником в деле насаждения в обществе монархических начал.

Однако авторитет и известность в патриотических кругах Орлов приобрел как организатор монархических отделов на железной дороге, которые входили в состав Русского Монархического Союза (РМС). С 1911 он стал председателем московских железнодорожных отделов РМС. В 1908—1909 Орлов сблизился с прот. И. И. Восторговым, который после кончины Грингмута возглавил самые крупные монархические организации Москвы. Он участвовал в работе Московского съезда (Съезд Русских Людей в Москве 27 сент. — 4 окт. 1909).

     В 1909 -1912 гг. он организовал на железных дорогах Москвы массовые монархические организации для противодействия забастовкам. Именно Орлов был организатором в сентябре 1906 г. первого в Рязанской губернии отдела Союза русского народа в с.Путятино. Время от времени он приезжал в Егорьевск, Зарайск, Рязань, села Шилово, Инякино, Исады Спасского уезда. Популярность в массах досталась Орлову нелегко. Не в залах Таврического дворца и не среди единомышленников произносил он свои первые речи, а на сходках и митингах, окруженный рабочими фабрик, заводов, железнодорожных мастерских. На одном из таких митингов, на Мытищинском вагонном заводе, в него стреляли. Новое покушение и три смертных приговора, полученных им от революционеров, не остановили его.

Вместе с о. Иоанном и его помощником Ф. А. Слеповым совершил две поездки по Сибири и Дальнему Востоку в целях создания монархических организаций (затем совершил еще одну поездку самостоятельно). Усилиями о. Иоанна и Орлова был открыт целый ряд монархических организаций во Владивостоке, Никольске-Уссурийском, Хабаровске, Харбине, Благовещенске, Чите, Сретенске, Красноярске, Тайге и других местах. Поскольку к тому времени о. И. И. Восторгов был исключен из СРН и сблизился с В. М. Пуришкевичем, то в Сибири открывались отделы Русского Народного Союза им. Михаила Архангела (РНСМА), всего было открыто более 20 отделов. Труды Орлова по расширению Союза были оценены — 6 апр. 1913 он был избран кандидатом в члены Главной Палаты РНСМА. Результатом его активной организаторской деятельности стало также избрание почетным членом различных правых организаций во многих городах европейской России и Сибири. За свою активную патриотическую общественную деятельность в 1912 Орлов был награжден орденом св. Владимира 4-й ст.

К 1911—1912 Орлов уже сформировался как монархический деятель всероссийского масштаба, он стал частым гостем на патриотических мероприятиях в Петербурге. Помимо РНСМА Орлов был также действительным членом Русского Собрания (PC). Выступал в PC с докладами, в частности, с характеристикой ситуации и перспектив монархического движения в Сибири. Во время конфликта в стенах PC между Н. Е. Марковым и Б. В. Никольским активно выступал против последнего, обвиняя его в том, что он сам некогда получал так называемые «темные» деньги, за что так страстно обличал теперь своих противников. Орлов пользовался популярностью, особенно среди рабочих, как блестящий оратор, его часто приглашали на патриотические вечера и митинги. 12 февр. 1912 наряду с признанными правыми ораторами Н. Е. Марковым, В. М. Пуришкевичем, о. А. С. Вераксиным он выступил с речью на собрании СРН. Рассказав о засилье евреев в Сибири, он заявил, что «все революции во всех странах производил жид».

В апр. 1912 Орлов был избран членом Устроительного Совета Монархических Съездов, как представитель московского РМС и принимал активное участие в работе 5-го Всероссийского съезда Русских Людей в Санкт-Петербурге 16-20 мая 1912. Он приветствовал делегатов от имени московских монархистов и, обратив внимание на начинающиеся забастовки, заявил, что Съезд собрался в исторический момент. В своем выступлении он сказал: «Если Богу угодно будет вновь подвергнуть Отечество испытанию, то пусть знают наши враги, что им придется шествовать по нашим трупам. Ляжем костьми, но не посрамим Земли Русской». Орлов участвовал в прениях по вопросу участия духовенства в выборах в Гос. Думу и др. проблемам, обсуждавшимся на съезде. Он возглавлял также работу железнодорожного подотдела в Хозяйственной секции съезда. Выступая 17 мая 1912 с докладом от имени подотдела, он внес ряд конкретных предложений по противодействию революционной пропаганде на железных дорогах: железнодорожное начальство должно озаботиться постройкой жилых домов для служащих, киоски на станциях нужно сдавать только благонадежным людям, которые вместо теперешней левой прессы будут распространять правые издания, упорядочить врачебную помощь служащим и т. д. Орлов был участником и 6-го Всероссийского съезда Русских Людей в Санкт-Петербурге 19—23 февр. 1913. В приветствии съезду от имени московских монархистов он заявил, что несмотря на тяжкие испытания в недавнем прошлом, «ничто не сломило духа народного», и в этом «залог величия России».«Мы все готовы лечь за нее костьми, готовы жизнь положить за Царя Самодержавного. И в этой готовности нашей жертвовать собой таится наша непобедимость», — подчеркнул он. В 1913 во время забастовок в Москве Орлов, как отмечал В. М. Пуришкевич, «особо проявил свою деятельность на железных дорогах в противовес левым».

Однако одновременно с выходом на всероссийский уровень пошатнулись позиции Орлова в Москве. В 1912 он как товарищ председателя Русского монархического союза намеревался выдвинуть свою кандидатуру на выборах в IV Гос. Думу, но неожиданно не получил поддержки со стороны московских монархистов. В 1913 в московском РМС произошел раскол, ставший результатом конфликта в Союзе между сторонниками Орлова и сторонниками прот. И. И. Восторгова. Все началось с решения Св. Синода запретить духовенству участвовать в деятельности политических партий, в том числе и монархических. Выполняя это решение, в отставку были вынуждены уйти председатель РМС прот. И. И. Восторгов и его заместитель архим. Макарий (Гневушев). Орлов, как один из самых популярных монархических деятелей Москвы, рассчитывал занять место председателя Союза. Однако прот. Восторгов и архим. Макарий на этот пост предложили кандидатуру отставного полковника В. В. Томилина. При этом о. Иоанн объяснил свое недоверие к кандидатуре Орлова тем, что тот, пользуясь своим положением в патриоти-ческих кругах Москвы, учредил моторно-велосипедное общество «Россия», в клубе которого практиковались азартные игры (общество было закрыто распоряжением товарища министра внутренних дел). 10 нояб. 1913 в Епархиальном доме в Москве состоялось собрание РМС, на котором небольшим большинством голосов председателем Союза был избран Томилин. Сторонники Орлова устроили скандал, обвинив о. И. И. Восторгова в подтасовке итогов голосования, и удалились с собрания. Вечером они провели собрание на квартире Орлова, где избрали своего лидера председателем РМС. Когда об этом стало известно, состоялось новое собрание Союза, на котором Орлов и его сторонники были исключены из состава РМС. Те, в свою очередь, приняли постановление об исключении из РМС протоиерея И. И. Восторгова, В. В. Томилина, Б. В. Назаревского и других своих противников. 13 дек. 1913 Орлов разослал некоторым членам Совета РМС письмо, в котором обличал Томилина в безнравственном поведении. Этот конфликт разрешился тем, что Орлов вместе со всеми железнодорожными организациями РМС перешел к В. М. Пуришкевичу и стал председателем Московской Палаты железнодорожных отделов РНСМА. Он продолжал много ездить по России, неоднократно выступал с докладами.

В 1913 году он с железнодорожными отделами влился в состав Русского народного союза им. Михаила Архангела и стал председателем Московской Палаты Союза. В это время Орлов особенно выделился своими решительными действиями в предотвращении массовых железнодорожных забастовок в Москве. Участник многочисленных Всероссийских съездов русских людей Орлов выступал с решительным призывом к объединению всех правых партий в одну организацию. Он активно поддерживал тезис о засилии инородцев в России (прежде всего, евреев и поляков) и юдофобские настроения в обществе в связи с обвинением М.Т.Бейлиса в совершении ритуального убийства. Заслуженный авторитет и доверие соратников, поддержка признанных вождей черносотенства (В.М.Пуришкевича), и помощь высших чиновников (П.А.Столыпина, С.Е.Крыжановского, С.В.Рухлова, И.Л.Горемыкина, А.Д.Протопопова) вывели В.Г.Орлова в число лидеров правомонархического движения. Его популярности способствовал также талант публициста, многочисленные статьи которого (иногда под псевдонимом «В.Спешневский») печатались в «Колоколе», «Русском слове», «Русской земле».

Начавшаяся война внесла коррективы в расстановку сил внутри правого лагеря. Черносотенные союзы переживали глубокий кризис. Политическая апатия и бездеятельность правых была особенно выразительной на фоне активной пораженческой политики социал-демократов и благотворительной деятельности либералов. В.Г.Орлов отлично понимал, что перемены назрели, они необходимы. В 1915 году он предложил свою программу действий. В области экономической он выступал за немедленную реальную помощь населению с целью отвлечь его от революции. В области политики Орлов настаивал на временном запрете законодательной деятельности Государственной Думы. Радикально предлагалось решить национальный вопрос путем предоставления равноправия всем российским подданным, в том числе евреям и полякам, как наиболее пострадавшим от военных действий. Формально евреи даже могли быть приняты в черносотенную организацию Орлова. Однако все лидеры монархистов поспешили откреститься от инициатив Орлова, т.к. «признание еврейского равноправия стоит в полном противоречии с основными политическими верованиями правых». Все железнодорожные отделы в Москве были закрыты, а сам Орлов — исключен из всех правых союзов.

Орлов пользовался покровительством и поддержкой ряда умеренно правых сановников: своих непосредственных начальников министра путей сообщения С. В. Рухлова и директора канцелярии министерства, затем сенатора Н. И. Туган-Барановского, а также товарища министра внутренних дел Н. В. Плеве и др. При их поддержке и при непосредственном участии влиятельного издателя газеты «Колокол» В. М. Скворцова летом 1915 Орлов основал новую всероссийскую монархическую организацию Отечественный Патриотический Союз (ОПС), учредительное собрание которого состоялось 21—22 июня 1915. Новая организация резко выступила против «разрушительной для самодержавия деятельности Союза городов и Земского союза». Орлов требовал оживить работу правых и начать пропаганду на местах, выработать общие положения, которыми должны были руководствоваться все черносотенные партии, призывал формировать монархические дружины и кружки молодежи из студентов и рабочих. С этой целью в Москве было создано бюро ораторов для посылки их в различные уголки страны с лекциями. В отдаленные пункты вместе с агитаторами направляли передвижные кинематографы с лентами научного и патриотического содержания. В годы кризиса большинства правых партий Отечественный патриотический союз не только выжил, но и укрепился как численно (общая численность бригад, на которые распространялось влияние Орлова достигала 17000 человек, которые объединялись в 82 отдела), так и в плане сплоченности. Сам факт открытия очередного отдела в г.Невеле в феврале 1917 года говорит о многом!

ОПС отличался от всех правых союзов тем, что в нем не было прямого запрета участвовать евреям. Идея учреждения ОПС, видимо, была рождена в недрах МВД во времена министра кн. Н. Б. Щербатова, который в свое время был одним из учредителей в Москве СРЛ. Проект создания такой партии был рассчитан на «улучшение образа правых в глазах общества», а также на привлечение в ряды монархистов благонамеренной, но умеренной части общества, после провала Всероссийского Национального Союза. Однако проект этот фактически провалился, главным образом, по причине обструкции, которую устроили правому новоделу и его лидеру «старые» монархические союзы. Первой резко отреагировала на учреждение ОПС Главная Палата РНСМА, что не удивительно, ведь Орлов «увел» из Союза все московские отделы. Главная Палата приняла жесткое постановление: «Главная Палата доводит до сведения отделов, что ввиду крайне вредного направления деятельности бывшего председателя Московской Палаты Союза Василия Григорьевича Орлова, отступившего от основных идей Союза, изложенных в уставе, ставшего защитником еврейского равноправия в России и позволившего себе, оставаясь членом нашего Союза, организовать в Москве «Отечественный союз» со свободным допуском в его члены евреев и других инородцев, — постановлением Главной Палаты Московская Палата Союза имени Михаила Архангела со всеми ее московскими отделами закрыта, а сам В. Г. Орлов лишен звания председателя Московской Палаты и вообще совершенно исключен из числа членов Союза имени Михаила Архангела. Вследствие этого Главная Палата предлагает отделам Союза в свою очередь исключать В. Г. Орлова из списков своих членов в тех случаях, если он числится таковым по отделу в звании рядового или почетного члена или должностного лица в Палате отдела».

В связи с распространявшейся в среде правых молвой, что Орлов «полевел», он опубликовал осенью 1915 открытое письмо, в котором сообщал «во всеобщее сведение русским людям», что «остался таким же правым патриотом, преданным Престолу и России». Он обращал внимание, что в уставе ОПС, «как и во всех монархических уставах, ясно указано о непреложном, твердом и неизменном служении Самодержавному Государю, Православной Церкви и Русскому народу», а все члены ОПС «обязуются исповедовать наши исконные начала и твердо охранять исторические устои». Острый вопрос о членстве в ОПС Орлов излагал так: «Правда, в уставе этой партии нет вызова инородцам, не допускается травля их, ибо, отвечая современным повелительным запросам жизни нашей родины, было бы негосударственно и несправедливо действовать против тех народностей, кои сражаются за честь, славу, мощь и величие России». В своем письме Орлов призывал правых к единству, обращая внимание, что все левые элементы объединяются. Осенью 1915 ОПС и его лидер еще не столкнулись с полной обструкцией в правом лагере. В к. сент. 1915 в Москве прошло совещание правых, на котором председательствовали прот. И. И. Восторгов, руководитель РМС С. А. Кельцев и Орлов. Характерно, что Орлов наряду с о. Восторговым (в отличие от Кельцева) выступал против созыва Гос. Думы, поскольку она «при нынешнем ее составе пользы принести не может, вред же от ее деятельности неизмерим», т. е. в этом вопросе он стоял на классических правых позициях.

Однако вскоре стало очевидно, что правые его сторонятся. Орлов был участником Петроградского совещания (Совещание монархистов 21—23 ноября 1915 в Петрограде), выступал в прениях по вопросу о борьбе с Прогрессивным блоком, предлагая в противовес Союзу земств и городов и Прогрессивному блоку создать Консервативный блок, а для этого объединить все монархические организации. Хотя предложение Орлова было вполне здравым и идея создания Консервативного блока активно обсуждалась, в состав Совета Монархических Съездов он избран не был. А на Нижегородское совещание (Всероссийское монархическое совещание в Нижнем Новгороде уполномоченных правых организаций 26—29 ноября 1915) Орлов и вовсе не был приглашен, как открывший организацию, «по уставу которой допускается возможность принятия в члены иудеев, а на учредительном собрании которой председательствовало лицо, открыто перебежавшее до того в лагерь «прогрессистов» и поддерживавшее «Прогрессивный блок» (В. М. Скворцов)». Правда, в постановлении Совещания выражалась надежда, что «В. Г. Орлову к следующему всероссийскому съезду удастся закрыть свою подозрительную организацию и вновь присоединиться к правому лагерю», а организация им ОПС объяснялась «влиянием отчаяния в дни князя Щербатова». В к. 1915 к неприятностям партийным добавилось привлечение к ответственности за «злословие и брань по адресу должностных лиц». Поводом для преследования стала написанная Орловым брошюра «О церковной жизни», в которой он в резких выражениях характеризовал деятельность бывшего обер-прокурора Св. Синода В. К. Саблера.

В янв. 1916 Орлов написал письмо председателю Совета Монархических Съездов И. Г. Щегловитову, в котором, ссылаясь на свои разговоры со многими правыми деятелями, указал на недовольство на местах Совещанием монархистов в Петрограде, в особенности результатами выборов в Совет Монархических Съездов. Орлов отмечал, что на Совещание сознательно не были приглашены такие видные правые деятели, как Н. В. Плеве, Н. П. Муратов, Д. И. Иловайский, А. С. Вязигин, А. А. Сидоров, В. Ф. Залеский и целый ряд других. В составе Совета оказались неизвестные правым и недостойные, на его взгляд, такой чести люди (Орлов назвал имена «прекрасных незнакомцев»: Г.М.Шинкаревский, С. А. Кельцев, В. П. Соколов, Л. Н. Бобров). «Особенно прискорбно видеть эти имена, прикрытые авторитетом Вашего имени», — отмечал он. Совет, по мысли Орлова, «должен выполнять функции Центрального Комитета всех монархических организаций», но в его теперешнем виде он к этому не способен, т. к. в его состав вошли только деятели СРН, да к тому же «наиболее тусклые и незамечательные работники правого движения». Видимо, это письмо подтолкнуло Щегловитова к мысли о сложении с себя полномочий председателя Совета Монархических Съездов, что стало серьезной проблемой для монархического движения, а Орлов нажил себе еще больше врагов среди лидеров правых, обидевшихся на него за нелицеприятные отзывы. 12 января 1916 руководство РНСМА направило в МВД письмо, в котором утверждало, что Орлов, собрав в Главный совет ОПС «заведомых революционеров и крайних левых, работает на пользу революции», что он «обманывает министров и сановников, увеличивая во много раз число союзников, находящихся в железнодорожных отделах». На состоявшемся в н. 1916 в Петрограде под председательством Н. Е. Маркова собрании Главного Совета СРН и Совета Монархических Съездов деятельность Орлова подверглась «резкой критике».

Однако, несмотря на негативное отношение большинства правых к ОПС, Союз продолжал существовать, а Орлов и дальше пользовался доверием сановников МВД и МПС, для которых он, ко всему прочему, представлял собой надежный источник информации о настроениях населения в провинции (по его словам, он проводил в многочисленных командировках девять месяцев в году). Орлов объехал свыше 30 губерний и везде выступал с речами, читал лекции, раздавал монархическую литературу, разъяснял программы правых партий, устраивал предвыборные собрания в три первые Государственные Думы и открывал отделы черносотенных организаций. В н. окт. 1916 в Петрограде Орлов провел совещание ОПС, в котором принимали участие 32 председателя местных отделов. Обсуждался вопрос о созыве осенью 1916 в Москве монархического съезда. Депутацию ОПС принял председатель правительства Б. В. Штюрмер, избранный почетным членом Союза, член Государственного Совета С. В. Рухлов и др. влиятельные люди. Однако 6 окт.« Земщина» и «Русское знамя» опубликовали заявление Совета Монархических Съездов, подписанное лидерами правых С. В. Левашевым, А. А. Римским-Корсаковым, А. И. Дубровиным и Н. Е. Марковым. В заявлении «до всеобщего сведения» доводилось: 1) союзы, общества и организации, вошедшие в состав Монархических Съездов, ничего общего с деятельностью ОПС не имеют; 2) «на предполагаемом г. Орловым Московском съезде участвовать не намереваются»; 3) если справедливы сведения о том, что возглавляемый г. Орловым ОПС «признает равноправие евреев, то Совет Монархических Съездов протестует против причисления сего Союза к правым монархическим организациям, т. к. признание еврейского равноправия стоит в полном противоречии с основными политическими верованиями правых монархических деятелей».

Это был сильный удар по авторитету лидера ОПС. В ответ газета «Колокол» сообщила, что совещание ОПС приняло решение создать комиссию, которой поручалось «выработать докладную записку в высшие сферы», посвященную «деятельности Союза Русского Народа и Союза Михаила Архангела и их руководителей. Ввиду допущенных выпадов личного характера со стороны руководителей указанных организаций против председателя Отечественного Патриотического Союза В. Г. Орлова записка коснется и личной характеристики выступивших против В. Г. Орлова Римского-Корсакова, Маркова, Дубровина, Левашева и пресловутого Кельцева и о мотивах выпадов указанных лиц». Тогда Главный Совет СРН принял решение немедленно созвать совещание представителей правых организаций, чтобы определить, как реагировать на эту резолюцию совещания ОПС, и предложил резолюцию, «разоблачающую патриотическую деятельность В. Г. Орлова, разными способами фальсифицирующего мнения правых организаций». Более того, лидер ОПС обвинялся в том, что в состав Союза он «вербует людей за деньги», Главный Совет СРН пригрозил, что «намерен опубликовать имеющиеся в его распоряжении материалы».

В самом конце 1916 года Орлов вновь публично выступил с призывом к правым партиям объединиться ввиду «надвигающейся революции». Но его голос не был услышан. Напротив, лидеры других правых организаций заявили, что «никакая революция России не угрожает и все эти разговоры… — выдумки В.Г.Орлова».

Видимо, осуществлением угроз Главного Совета СРН стала статья «Мавры», опубликованная петроградской газетой «Русская воля» 7 янв. 1917, в которой Орлов обвинялся во всевозможных мошенничествах. Ровно через месяц, 7 февр. 1917, уже газета «Вечернее время» опубликовала заметку своего репортера Дувидзона с обвинениями в адрес Орлова.

Лидер ОПС нашел надежный способ борьбы со своими противниками, — он начал напрямую обращаться к высшим сановникам Б. В. Штюрмеру, А. Д. Протопопову, С. П. Белецкому и др. с жалобами на своих противников и с разъяснениями своей позиции. Он жаловался министру внутренних дел на Н. Е. Маркова и его газету «Земщина», которая, получая от правительства субсидию на развитие патриотической деятельности, делает выпады против Орлова и ОПС, «и тем вносит разлад в среду монархистов». Лидер ОПС неоднократно подчеркивал, что выпады СРН, РНСМА и РМС против него и его единомышленников «носят личный характер и ничего общего с отстаиванием интересов монархического дела не имеют». Орлов утверждал, что серия публикаций в петроградских газетах осуществлена с подачи И. о. председателя РНСМА редактора «Вестника полиции» Н. Д. Облеухова, на которого он также жаловался министру внутренних дел. Руководство МВД и при Б. В. Штюрмере, и при А. Н. Хвостове, и при А. Д. Протопопове занима-ло мудрую политику невмешательства во внутримонархические распри, поддерживая контакты с Орловым и с его критиками. Белецкий сообщал Чрезвычайной комиссии Временного правительства, что Орлов исполнял ряд секретных поручений министра внутренних дел Протопопова. В к. 1916 он направил Протопопову «Доклад» о «необходимости всероссийского съезда представителей всех монархических организаций» в связи с перспективами окончания войны.

После победы Февральской революции, Орлов, предчувствуя свой неминуемый арест, 2 марта 1917 уехал из Москвы в Среднюю Азию, однако был арестован в Ташкенте и этапирован в Петроград, где заключен в одиночную камеру Трубецкого бастиона Петропавловской крепости. Летом того же года он был допрошен Чрезвычайно следственной комиссией Временного правительства в качестве свидетеля и вскоре освобожден по болезни, а также в связи с тем, что обвинений против него выдвинуто не было.

Активно пытался спасти арестованную царскую семью, пользуясь своими связями в Сибири и на Дальнем Востоке. После расстрела царской семьи, заехав ненадолго в Москву повидаться с родными, он уехал на Кавказ, где находился его долголетний покровитель бывший министр путей сообщения С. В. Рухлов, для соединения с армией Деникина. В результате предательства был арестован.

 Среди взятых красными в сентябре — октябре 1918 в заложники и расстрелянных 6(19) октября 1918 года под Пятигорском у горы Машук контрреволюционеров, по данным Особой комиссии при главнокомандующем вооруженными силами на Юге России А.И.Деникине, наряду с С. В. Рухловым, министром юстиции Н. А. Добровольским, сенатором П. Н. Крашенинниковым и др. сановниками Российской Империи упоминается и Орлов Василий.

 Источники

Михаил Мираков. Апологет самодержавия В.Г.Орлов.

Анатолий Дмитриевич Степанов. Орлов Василий Григорьевич // Святая Русь. Энциклопедия Русского Народа. Русский патриотизм. Гл. ред., сост. О. А. Платонов, сост. А. Д. Степанов. М., 2003

Поделиться:
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

девятнадцать − 17 =